За гранью реальности: иллюзионист Николай Фомушин о премии Гудини, несбывшихся чудесах и том, как не стать жертвой обмана

Редакция журнала «Идель» совместно с основателем научного лектория Milmax Science Максимом Цыгановым поговорила с Николаем Фомушиным — иллюзионистом, телеведущим, членом экспертного совета Премии имени Гарри Гудини. Мы узнали у него о том, как отличить иллюзию от чуда, обсудили конкретные случаи «невозможного» и их научное обоснование.

Миллион за чудо

— Николай, везде в ваших регалиях указано — член экспертного совета Премии имени Гарри Гудини. Что это за премия, кому и за что ее вручают?

— Премия появилась в 2015 году, и это скорее просветительский проект, чем награда в привычном понимании. Ее цель — обратить внимание людей на важность критического мышления в отношении заявлений о сверхспособностях. У премии были предшественники: фонд Джеймса Рэнди, эксперименты самого Гарри Гудини. Мы предлагаем любому, кто считает, что обладает сверхспособностью — будь то видео или документы от ученых, — продемонстрировать ее в условиях корректно поставленного научного эксперимента. За это мы сначала обещали 1 млн рублей, потом 3 млн. К нам приходили и участники «Битвы экстрасенсов», и люди, ведущие сеансы. Ни один пока не смог ничего доказать. Наша задача — показать: даже если человек мелькает на ТВ, это не значит, что он обладает сверхспособностями.

— То есть, если кто-то заявляет, что видит сквозь стены, он может прийти к вам, доказать это в эксперименте и получить деньги?

— Да, но главное даже не деньги. Это шанс перевернуть науку, стать первым, кто доказал «сверхъестественное» в строгих условиях. У нас заявительный порядок: мы не придумываем tests, а просим человека показать то, что он лучше всего умеет, и приводим это к научному регламенту. Мы исключаем подсматривание, фокусы, случайное угадывание. В комиссии, кроме ученых, есть иллюзионисты вроде меня. Все проверки проводятся двойным слепым методом.

— А в мировой практике были подобные премии?

— Первым был Гарри Гудини. В 1922 году он ходил по медиумам, пытаясь связаться с духом матери, и понял, что они показывают трюки, которые умел он сам. Его проверкой было то, что его мать не знала английского, а «дух» говорил именно на нем. Самая известная премия — фонд Джеймса Рэнди, который с 1978 по 2000-е годы предлагал миллион долларов за доказательство паранормальных способностей. Были тысячи заявок, но никто не справился.

— А были ли в вашей практике случаи, которые хоть немного, но заставили усомниться?

— Был один человек, который заявлял, что чувствует металл. Мы поставили 10 коробок, в одну положили металл. Он начал водить рукой и сказал, что ему мешают посторонние металлические предметы в помещении. С металлоискателем мы проверили — он действительно указывал на места, где был металл в стенах. Может, он был строителем и подсознательно знал, где проходят коммуникации? Но когда дело дошло до эксперимента с коробками, свою способность он не продемонстрировал. Вообще, мы проверяем только то, что можно показать «здесь и сейчас», а не истории «про бабушку в деревне».

Курьезы и почти-чудеса

— Какой самый курьезный или интересный случай был на премии?

— Был человек, который определял, за какой из десяти ширм стоит женщина, среди девяти мужчин. И он несколько раз подряд угадал! Мы уже занервничали, думали, может, он улавливает запах, хотя просили волонтеров не пользоваться парфюмом. Но когда девушек меняли, он не мог найти. В итоге сочли это совпадением в рамках теории вероятности, но в момент это было впечатляюще.

А еще к нам пришли экстрасенсы, которым нужно было по фотографиям определить, жив человек или умер. Мы предложили сначала попробовать кому-то из публики. Вышел журналист и просто наугад раскидал снимки на две стопки. Его результат оказался лучше, чем у любого «провидца».

Тайны ремесла: от Дэвида Копперфильда до порванных штанов

— Существуют ли в принципе фокусы, которые до сих пор не разгаданы?

— В современном мире, с камерами высокого разрешения, таких, наверное, нет. Раньше были легенды. Например, «Святой Грааль» карточной магии — эффект Бергласа, когда зрители загадывают карту и номер в колоде, а она оказывается именно там. Сейчас существует сотни вариантов его исполнения, и все они имеют объяснение. Это концепция, а не один нераскрытый секрет.

— А лично вам попадались трюки, разгадку которых вы не знаете?

— Здесь есть парадокс. Когда я только начинал, было два фокуса, которые я не понимал. Спустя 15 лет я знаю, как сделаны те, но не знаю десятки других. Чем больше знаешь, тем больше понимаешь, как много еще неизвестного. Фокусник платит своим удивлением за возможность удивлять других. Да, бывают трюки, где я не понимаю конкретного метода, но я всегда вижу «муть» — неестественное движение, момент, где что-то скрывается. Я всегда вижу ту грань, что отличает фокус от чуда.

— Придумываете ли вы свои фокусы?

— Есть база, которую нужно знать, а дальше все как из кирпичиков. Комбинации, доработки. У меня есть номер «Русская рулетка», который я показываю больше 15 лет. Это моя модификация, которую не знают даже многие иллюзионисты. С ним я ходил на шоу, где нужно было удивить мэтра. Секрет, конечно, важен, но сегодня ценность иллюзиониста — в умении скомпоновать номер, добавить сценарные ходы, шутки, создать шоу.

— Назовите тройку фокусов или фокусников, которые впечатлили вас больше всего.

— Первый — Дэвид Блейн с его Уличной магией. Когда он только появился, я думал: если это не подстава, то что? Оказалось — простые, но гениально поданные фокусы. Второй — британский менталист Деррен Браун. Он работает на стыке психологии, гипноза и иллюзии. Я специально летал в Лондон на его выступление. И, конечно, Дэвид Копперфильд — глыба, из-за которого я начал заниматься фокусами. Исчезновение Статуи Свободы, полеты… И он до сих пор поражает: обещает вскоре исчезновение Луны для всего мира!

— Случались ли у вас на выступлениях неудачи?

— Я ошибался в каждом трюке, который показываю. Не ошибается тот, кто ничего не делает. Главное — понять, что что-то пошло не так, раньше зрителя. И оценить цену ошибки: не угадать карту — одно, а в «русской рулетке» пробить руку гвоздем — другое.

Однажды в Брянске у меня на втором отделении отказал микрофон. Публика шумела. Я увидел на сцене микрофонную стойку, потянулся к ней, чтобы меня было лучше слышно, и… порвал штаны от пояса до колена! Запасных не было. Спросил у зала: «Девушки до меня выступали полуголые, вы же привыкли к голящим ляжкам? Простите?» Они простили. И 25 минут я выступал в разорванных штанах с оранжевыми трусами, шутя, что «в Москве сейчас все так носят». Интересно, что некоторые потом решили, что это была задумка.

Советы начинающим и главное напутствие

— Что бы вы посоветовали почитать или посмотреть тем, кто хочет глубже погрузиться в мир иллюзий?

— Чтобы понять образ мысли иллюзиониста, очень рекомендую книгу «Исчезающий слон» — она есть на русском. Это детектив, который через историю рассказывает о любви к жанру. Сейчас проблема не в нехватке информации, как 20 лет назад, а в ее избытке и неструктурированности. Лучше найти наставника. Из современных шоу советую братьев Эрлих (Ehrlich Brothers) — немцы, делающие невероятные вещи на стадионах. Очень круто! И, конечно, шоу Деррена Брауна на Netflix и формат «Fool Us», где иллюзионисты со всего мира пытаются обмануть Пенна и Теллера.

— А если человек захотел стать фокусником? С чего начать? Вузов-то таких нет.

— Начинать можно в любом возрасте! Наоборот, зрелый человек с опытом публичных выступлений имеет преимущество. Научиться общаться с аудиторией и чувствовать себя на сцене сложнее, чем освоить карточную технику. Фокусник — не тот, кто крутит трюки перед зеркалом, а тот, кто показывает их людям и создает представление. В России с этим сложно, хорошая школа была в Киеве. Но это и плюс — у нас много самородков со своим стилем. Главное — не просто узнавать секреты, а работать над подачей и созданием магической атмосферы.

— И в заключение — ваше напутствие для наших читателей.

— Самый главный посыл всех моих лекций — критически подходите к заявлениям о сверхспособностях. Я понял: фокусники и «экстрасенсы» часто показывают одно и то же. Просто к иллюзионисту идут за хорошим настроением, когда есть лишние деньги, а к экстрасенсу — когда нет надежды, отдавая последнее. Я желаю вам не попадать в такие ситуации. А если желание обратиться к «магу» все же возникнет — вспомните, что на сегодня нет ни одного человека, который доказал бы свои сверхспособности. Возьмите паузу, подумайте. Возможно, эти люди преследуют корыстные цели. Об этом, в том числе, я и рассказываю в своей лекции «Что стоит за сверхспособностями».

Текст: Максим Цыганов

Дизайн: Раиль Набиуллин.